Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Чтоб не мучился: в Латвии нет денег для тех, кто завис между жизнью и смертью

Суровая правда смертного часа — в одиночестве. Большинство семей, столкнувшихся с неизлечимым заболеванием родственников, если даже их состояние годами является стабильно тяжелым, вынуждены разрываться между близким человеком, нуждающимся в уходе — и собственной работой.



Источник: Иллюстративное фото

Министерство здоровья ЛР констатирует: «Принимая во внимание изменчивость структуры общества — старение населения, прирост онкологических и других заболеваний и то, что увеличиваются возможности диагностики и лечения, а также увеличивается продолжительность жизни людей — в настоящее время возрастает и в будущем увеличится число тех людей, которым будет необходим паллиативный уход».

Сегодня на заседание Кабинета министров вынесено подготовленное ведомством Илзе Винькеле концептуальное сообщение о паллиативном уходе, который предполагается обеспечить «вне зависимости от социально–экономического положения жителей» и сделать «качественной и доступной в смысле затрат услугой». В настоящее же время во всей Латвии работает всего 7 сертифицированных специалистов — трое в Риге и по одному в Даугавпилсе, Лиепае Кулдиге и Екабпилсе. При этом каждый занят еще и по основной специальности (семейный врач, терапевт, онколог).

Основная нагрузка при уходе, разумеется, ложится на сестер — в республике их вроде немало, 112 только по онкологической специализации, но 88,3% сосредоточены в Риге. А что делать семье безнадежно больного в Видземе, если там всего одна–две сестры?

Оплаченные из бюджета койко–места паллиативного ухода возрастают. Если в 2017 году помощь оказывалась 1868 пациентам, то в 2019–м — 2054. Около четверти больных эту помощь в течение года получают более одного раза, однако по этой статистике трудно создать представление о более чем скромных условиях, в которых содержатся люди. Минздрав констатирует, что должную поддержку «в настоящий момент система паллиативного ухода не обеспечивает». Что–то удалось сделать и во время пандемии: так, в июле вступил в силу порядок парентерального питания, при котором смеси вводятся больным прямо в желудок или кишечник, если у них поражены иные органы.

Социальный уход, по мнению минздрава, должен осуществляться самоуправлениями — ибо в основном касается санитарных нужд и уборки помещений. Это весьма затратные действия — на одно лицо требуется около 1000 евро в месяц. Поэтому, по данным на май 2020 года, помощь от Департамента благосостояния Рижской думы получали всего… 25 человек. Понятно, что количество нуждающихся в ней людей минимум на два порядка больше. Так, на конец прошлого года в Латвии услуги длительного социального ухода получали 11 980 человек, из них 1549 являлись лежачими. Логично, что примерно сопоставимое число находится по домам, на попечении родственников, отчаянно нуждающихся в поддержке. Однако кто в годину коронакризиса пойдет ухаживать за немощными? Только реальный рост финансирования мог бы способствовать коренному решению проблемы, но эта тема явно не в приоритетах новой столичной власти, озабоченной велодорожками…

Самой печальной сегодня является ситуация с паллиативным уходом для маленьких пациентов. Страшные диагнозы не разбирают возраста, и численность детей, нуждающихся в подобной помощи, оценивается по Латвии в 350. Однако соответствующие службы обеспечивают в режиме 24/7 только Ригу и Пририжье, а также Лиепаю и Курземе. Остальным — только консультации по телефону и визиты.

Следует отметить, что ситуация с детьми, да простят читатели за такое слово, подвижна — в течение года появляется 40–50 новых пациентов, а у 15–30 состояние здоровья стабилизируется настолько, что они более не нуждаются в уходе. Увы, и умирает до 20 человек…

Минздрав предлагает разделить паллиативный уход на три уровня. Если в первом будет задействован семейный врач, то во втором — дневной стационар и команда паллиативного ухода, в третьем же — больница. Предполагается интегрировать в единое целое медицинские (государственные) и социальные (муниципальные) службы, а также общественные организации. Между прочим, последние тоже действуют не на идейном топливе — к примеру, санитарный транспорт работает вполне себе по расценкам коммерческих такси.

Иными словами, все, как всегда, упирается в деньги — верней, в их отсутствие. Государство смотрит на вещи цинично — для него больные старики и дети неперспективный человеческий ресурс. Поэтому в данной ситуации разумней и честнее было бы предусмотреть широкое поле для страховой медицины. Знать бы, где соломку подстелить…

На момент начала пандемии в марте сего года в Риге в очереди на получение предоставляемых самоуправлением услуг ухода находилось 500 человек.

Николай КАБАНОВ.

Для справки: паллиативная помощь — подход, позволяющий улучшить качество жизни пациентов (детей и взрослых) и их семей, столкнувшихся с проблемами, связанными с опасным для жизни заболеванием, путем предотвращения и облегчения страданий за счёт раннего выявления, тщательной оценки и лечения боли и других физических симптомов, а также оказания психосоциальной и духовной поддержки.
Термин «паллиативный» происходит от паллиатив (паллий, покрывало, греческий плащ, верхнее платье) — неисчерпывающее, временное решение, полумера, закрывающее как «плащ» саму проблему — что отражает принцип паллиативной помощи: создание защиты от тягостных проявлений болезни, но не лечение самой болезни.

Источник

Поделиться

Станьте первым комментатором

    Добавить комментарий