Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

В борьбе с легализацией – не потерять правовое государство.

Мы платим налоги уже 5 тысяч лет – со времен Древнего Египта. И египетская история стала печальным примером того, к чему приводит чрезмерная административная система — произошла колоссальная катастрофа, когда огромный государственный аппарат сломал хребет тем, кто фактически работал и содержал этот аппарат. Впрочем, все параллели с нынешней действительностью совершенно случайные, у нас — демократия и правовое государство, налоги – его неотъемлемая часть.



Татьяна Лютинская, международный налоговый консультант, TX Solutions

Ну и одновременно — наша головная боль. Налоги высокие. По данным Eurostat налоговая нагрузка в Латвии 31% ВВП. При этом если вы наемный работник и заработали 1000 евро, то государство получит 700. Если же вы занимаетесь бизнесом – вы зарабатываете для государства больше чем для себя, сравните размер всех налоговых платежей своей компании за год (лурсофт вам в помощь) с размером распределенных вам дивидендов. Налоги сложные. Но они неизбежные – уголовный закон на страже. И контроль за уплатой налогов никогда еще не был столь всеобъемлющим. Количество информации о каждом из нас, стекающееся в СГД, последние 2 года беспрецедентное. Уже только это осознание любого сделает дисциплинированным налогоплательщиком. И тех, кто считал хорошей ставкой налога 0 – явно уже не осталось.

При всем при этом правила игры в отношении налогов нам давно понятны, законодательство предсказуемо. Заявленный принцип работы СГД «сначала консультируй» — мы видим на практике. Количество налоговых аудитов и начисленных в результате них налогов каждый год снижается. В прошлом году налоговых аудитов было проведено 497, в 2 раза меньше, чем в 2016-м, в результате них начислено дополнительных налогов на 69 млн евро, в 4 раза меньше чем в 2016-м.

Среднестатистически-законопослушный и морально устойчивый латвийский гражданин на сегодня рискует встретиться с карательной функцией государства вовсе не в лице налоговой администрации. На арену вышла всемогущая Служба финансовой разведки. Наши умы перестали занимать налоги. Там теперь легализация незаконно нажитых средств – понятие гораздо более широкое, чем не уплата налогов. И если негативное отношение и страх перед СГД вызваны скорее недостатком знаний о налогах, то знания об антиотмывочных нормах – наоборот, прибавят Вам седых волос.

Я знаю, что Вы думаете «какая пропасть между мной и терроризмом…». Нынешнюю свою актуальность тема борьбы с легализацией действительно получила после террористического акта 11 сентября 2001 года. И в Латвии тоже все началось в 2017-м с обвинений международного сообщества в адрес латвийской финансовой системы в том, что она используется для финансирования терроризма. А также в торговле наркотиками, детской порнографии, торговле людьми и других тяжких преступлениях.

С этим несомненно нужно было бороться. И государственная машина начала борьбу. С одной стороны, банки очистили от денег нерезидентов. Попутно сильно затруднили работу резидентов, отчего уже в 2019-м по данным опроса SKDS рассматривали возможность открыть счет за пределами Латвии 17% предпринимателей, а сейчас этот процент, надо думать, утроился. С другой стороны за работу взялась Служба финансовой разведки. 101 млн евро «возможно» незаконно нажитых средств заморожен в 2018-м, 346 млн в 2019. В 2020 может быть миллиард, с учетом того, что 391 млн заморожен за 8 месяцев, а производительность FID растет. Это не считая объекты недвижимости. Средства террористических организаций? Согласно статистике 2019-го года из 5264 сообщений о подозрительных сделках, на основании которых FID принимает решение о заморозке, сообщений о возможной связи с терроризмом -21 – это 0,4%. Борьба с легализацией это не совсем про терроризм, еще с 2001. Самые частые признаки подозрительной сделки, цитируя FID: “неясное происхождение используемых в сделке средств, уклонение от уплаты налогов, сделка без очевидной законной цели, мошенничество, используемые в сделке необоснованно сложные схемы”.

Признаки неясного происхождения средств может заработать вполне безобидный, но достаточно старый актив, срок давности вопросов к его приобретению сегодня не ограничен. Несмотря на то, что налоговое законодательство всегда говорило, что мы должны хранить документы 3 года, или 5 лет, если ведем хозяйственную деятельность. Ну не должен человек всю жизнь бояться, что не сможет оправдать приобретение своего дома 20 лет назад.

Что происходит с замороженными средствами? FID отправляет материалы в полицию, полиция возбуждает уголовный процесс, расследует дело и передает в прокуратуру, прокуратура направляет дело в суд, который принимает решение о конфискации. Чтобы государству было проще дойти до конечного пункта, законодатель постепенно внес целый ряд поправок. Это и поправки в законе «О предотвращении легализации», существенно расширяющие понятие легализации. И, мягко говоря, не традиционные для уголовного права изменения в Уголовно-процессуальном законе. Об этих изменениях достаточно говорили правозащитники. Подобной ситуации нет ни в одной европейской стране. Вот только некоторые из изменений. Чтобы доказать легализацию, не только нет необходимости доказать от какого преступления получены средства, но и нет больше указания на необходимость доказать, что в принципе средства незаконно получены. Имущество теперь презюмируется незаконно нажитым, если владелец не докажет обратное, то есть отменена неотъемлемая для уголовного права презумпция невиновности. И из последнего — только что принятый в третьем чтении законопроект о внесении части 2.2 в статью 392 Уголовно-процессуального закона — уголовный процесс о легализации прекращается, если «возможно» незаконно нажитое имущество консфисковано, вина лица не доказана, но продолжать процесс государству слишком дорого. Так неужели террористы и прочие преступники государству не были нужны, а только «возможно» незаконно нажитые средства — бюджету?

Налоги не отнимали у Вас все, налоговое регулирование не распространялись на прошлое и не граничило с правами человека. Культивирование страха и ненависти перед государственной машиной может привести только к тому, что выполнять законы будут только там, где иначе опасно. Открывать счета будут за границей. Бизнес всеми возможными способами будут организовывать подальше от латвийской юрисдикции. Ну как у тех восточных соседей, которых мы недавно снисходительно называли странами, где не обеспечено верховенство права.

Мы ждем от нашего правового государства правовых инструментов борьбы с легализацией и соблюдения прав человека.

Источник

Поделиться

Станьте первым комментатором

    Добавить комментарий