Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Коронавирус преподал жителя Латвии урок неповиновения

Статистика коронавируса в Латвии бьет рекорды. Сегодня уровень заболеваемости выше, чем во время первой волны весной. И власти постепенно вводят новые запреты.



Источник: LETA

Но столь же очевидно, что новые меры несравненно мягче предыдущих. Сейчас министр здравоохранения говорит о том, что перевод всех школ на удаленное обучение будет последней мерой, на которую власть пойдет. А в марте, когда больных было меньше, школьников разогнали по домам за день до наступления каникул.

Сегодня очень странно вспоминать, что весной трех мужиков патруль оштрафовал за то, что они остановились поболтать во дворе — собираться можно было только вдвоем. Юриса Радзевича уволили с должности исполнительного директора Риги только за то, что подчиненное ему предприятие «Ригас сатиксме», стремясь уменьшить огромные убытки от пустых вагонов, несколько сократило их число на линии и в каких–то случаях ошиблось — люди в транспорте ехали стоя.

А помните троллейбусы и электрички с заклеенными лентами креслами, помните пустые кафе и закрытые на выходные торговые центры? А толпы отчаявшихся вернуться домой людей? Латвийское общество было в панике, которая, к счастью, не оправдалась: болезнь оказалась куда менее страшной, чем это выглядело весной.

Автор этих строк вовсе не ковид–диссидент, который, подобно Лукашенко или Трампу, считает, что ничего страшного нет, достаточно выпить рюмку и сесть на трактор, чтоб спастись. Коронавирус опасен, и надо всеми силами стараться уменьшить риски. Но надо еще и уметь оценивать эти риски.

Кому суждено утонуть, вирусом не заболеет

В Латвии ежегодно тонут люди — в прошлом году 96 человек. В этом году нашел цифру на середину августа — 82. Сентябрь был теплым, наверняка число утопленников превысило сотню. Оказывается, мы на первом месте в Евросоюзе по этому показателю — 5,6 случаев на 100 000 населения. Заболеваемость коронавирусом выражается куда меньшей цифрой…

Если сравнить смертность, то вероятность утонуть для латвийца втрое выше, чем вероятность умереть от ковида. При этом от утопления есть надежнейшее средство — никогда не заходить в воду. От коронавируса стопроцентной защиты нет — хоть с кем–то видеться приходится каждому.

В соответствии с этой статистикой, ваш покорный слуга опасается утопления намного больше, тем более что купаться люблю, а плаваю очень плохо. Поэтому просто никогда не заплываю туда, где нельзя встать на ноги. Уверен, что 99% читателей сочтут меня перестраховщиком.

А вот теперь вопрос: так почему же столь многие из нас неправильно оценили риски при коронавирусе и просидели дома всю весну, отняв это время у нормальной жизни? Сейчас ведь очевидно, что это была перестраховка — вот и власти стали куда менее репрессивно настроены. Причем это мировая тенденция — так происходит повсеместно.
Как раз к властям у меня меньше всего претензий. На них ответственность, они привыкли, что перебдеть — это куда менее опасно для карьеры, чем недобдеть. И страшные картины из Италии и Испании требовали запрещений. Более того, в Латвии запреты были менее брутальными, чем в среднем по миру и Европе, потому и экономика наша пострадала чуть меньше.

Претензии у меня к обществу, в котором тогда был спрос на запреты.

Почему не надо спешить исполнять приказ

Парадоксально, но вероятно, самый безопасный выходной за последние полгода у меня был в то весеннее воскресенье, когда мы с женой гуляли по пустой Риге в надежде найти ресторан и пообедать. Не к кому было приближаться не только на два метра — пожалуй, и на сто тоже. Наконец, одно заведение было открыто, нас встретили как самых единственных дорогих гостей…

Профессия журналиста хороша тем, что оставляешь следы. И я горжусь, что в марте призывал читателей в противовес общему хору: не сидите дома! Пойдите постригитесь, сдайте пальто в химчистку, проверьте зубы, навестите знакомых стариков, закажите запасные очки. Потому что пока не так страшно, а если эпидемия усугубится, то все это будет действительно невозможно.

Я убежден, что это мировоззренческая проблема. Общество, которое привыкло исполнять любой закон, не анализируя его разумность, опасно. Именно на такое общество опираются обычно тоталитарные режимы. Поэтому немецкий нацизм при немецкой страсти к порядку был куда страшнее итальянского фашизма при тамошнем пофигизме.

Я много читал о смелых людях, которые вопреки запретам прятали в годы войны евреев или партизан. Среди них непропорционально много таких, у кого до войны были проблемы с законом. Не уверен, что Жанис Липке стал бы тем, кем он стал, если бы в молодости не был контрабандистом. В нарушении законов тоже необходим опыт — как в любом другом деле.

Когда в армии нам говорили, что все уставы написаны кровью, это была наглая ложь. Потому что во всех сферах жизни полно людей, чья единственная работа — писать инструкции. И если уже нечего писать, они все равно их пишут — иначе за что им деньги платят. Куда актуальнее другая армейская мудрость: «Не спеши исполнять приказ — его еще могут отменить».

Праздник непослушания

Однажды мне пришлось сформулировать то, что пишу здесь, в общем виде. Лет 17 назад меня позвали в школу, где я проучился с первого по последний класс, пообщаться со старшеклассниками. Я был тогда депутатом Рижской думы — меня сочли важной фигурой. Надо было придумать что–то небанальное, чего ребята от других не услышат.

И я сказал самое, на мой взгляд, важное. За точность формулировок не ручаюсь, но смысл передаю. «Ребята, главная ваша задача в школе — научиться не слушаться. Потому что ваши интересы всегда будут в противоречии с интересами тех, кто вами командует.

Учителям платят за то, что они передадут вам некую сумму знаний. Естественно, что они стремятся затратить на это как можно меньше сил, чтобы остальное время не отсыпаться в изнеможении, а наслаждаться жизнью.

Но у вас своя задача — не только получить знания, но и радоваться юности, которая бывает один раз в жизни. Поэтому вы что–то делаете, от каких–то заданий пытаетесь отбиться с помощью различной аргументации, а где–то мухлюете — списываете или пользуетесь шпаргалками. Весь фокус в том, чтобы найти оптимальное соотношение между этими моделями поведения.

Самая распространенная ошибка, которую я вижу в жизни, — это некритическое исполнение всего, что велят. Средний человек тратит значительную часть своей жизни на исполнение заведомо бессмысленного. И отучается анализировать, что нужно, а без чего вполне можно обойтись.

Пока вы молоды, вам проще этому научиться. Да и наказывают вас не так строго, как взрослых. Поэтому учитесь быть непослушными — это в жизни пригодится больше, чем что–либо еще».

…Похоже, что искусству непослушания надо учиться всем. Конечно, можно и не учиться — но сам себя наказываешь за леность в этом важнейшем деле.

Александр ГИЛЬМАН.

«Не уверен, что Жанис Липке стал бы тем, кем он стал, если бы в молодости не был контрабандистом».

«Человек тратит значительную часть своей жизни на исполнение заведомо бессмысленного».

Источник

Поделиться

Станьте первым комментатором

    Добавить комментарий