Нажмите "Enter" для пропуска содержимого

Бег с препятствиями: малому бизнесу не добраться до госпомощи

Карикатура: Eva Sarma

Меры поддержки малого бизнеса, разработанные государством для смягчения влияния на экономику вспышки Covid-19, продолжают оставаться объектом критики. Сами предприниматели жалуются на сложность получения помощи, а представляющие их интересы организации указывают на непродуманность и нелогичность критериев отбора получателей поддержки.

Олеся Труворова

olesja.truvorova@tallinnlv.ee

У владельца небольшого семейного бизнеса Юрия Хасьянова особых поводов для оптимизма в сложившейся ситуации нет: один из двух принадлежащих ему таллиннских пивных ресторанов Česká Pivnice уже пришлось закрыть из-за коронакризиса, второй также находится под угрозой закрытия.

«Если в сентябре будет вторая волна кризиса, то придется закрыть и его, – говорит Хасьянов. – Мы и сейчас работаем на одни долги. У нас очень большой ассортимент разливного пива, и много его испортилось, конечно. Суммы убытков колоссальные для нас».

Не переживший кризиса ресторан проработал два года, а тот, который семья сейчас пытается спасти, – почти семь лет.

Ходатайствовать о получении помощи от государства Хасьянов, по его словам, даже не пытался. Дело в том, что в обоих ресторанах работали только он сам, его супруга и сын, а также компаньон сына. Все работники входили в правление фирмы. А условием для ходатайства об антикризисных пособиях в большинстве случаев является наличие персонала, работающего на основании трудового договора.

«Мы неинтересны»

«Помогают у нас казино, потому что они большие налоги платят. А мы государству не интересны», – с грустной усмешкой констатирует Хасьянов.

Меры поддержки малых предприятий критикуют не только сами предприниматели, но и организации, представляющие их интересы. Ассоциация малых и средних предприятий Эстонии (EVEA), а также Эстонская торгово-промышленная палата не раз обращались к правительству и общественности в связи с этой темой.

Одна из основных претензий состоит в том, что критерии отбора получателей помощи разработаны таким образом, что под них не подходит очень большое количество фирм, действительно сильно пострадавших от коронакризиса.

«EVEA видит главную проблему в том, что меры разработаны с недочетами. За основу взята изначально назначенная в бюджете сумма, а не реальные потребности конкретных секторов», – говорит вице-президент ассоциации Марина Каас.

На тот же недостаток указывает и руководитель отдела политики и права Торгово-промышленной палаты Марко Удрас, ссылаясь на результаты недавно проведенного палатой исследования. «Предприятия беспокоит то, что меры поддержки не обеспечивают равного обращения. Для некоторых секторов, на которые коронакризис сильно повлиял, государство не предусмотрело отдельной помощи. Например, для сферы развлечений и транспортного сектора», – уточняет он.

По словам Марины Каас, EVEA неоднократно указывала министерствам еще на один недостаток разработанных мер поддержки, из-за которого без нее остается почти половина всех действующих предприятий: критерии отбора часто не учитывают специфику микропредприятий и тенденции рынка труда.

Персоналом не вышли

Как уже упоминалось выше, при ходатайстве почти о любом виде антикризисной помощи (как пособий, так и кредитов) предприятие должно соответствовать ряду условий, связанных с расходами на персонал, работающий на основании трудового договора. При этом во многих случаях и сам владелец фирмы, и его сотрудники работают не по трудовому договору, а по договору подряда, договору поручительства или договору члена правления.

«Член правления есть на каждом предприятии вне зависимости от того, действующее оно или нет, и наличие члена правления не показывает, есть ли в фирме работники и платит ли она налоги на рабочую силу. Кроме того, в договоре члена правления отсутствует регулируемое рабочее время», – так объяснил логику отказа в помощи в последнем случае Эгерт Пухм, специалист по коммуникации Фонда содействия развитию предпринимательства (EAS), через который распределялось несколько видов антикризисных пособий.

Пухм сообщил, что основной причиной отказов по поступившим от малых предприятий ходатайствам о получении помощи было как раз невыполнение требования того, что на предприятии должен быть хотя бы один сотрудник, работающий на основании трудового договора и на полную ставку. «Обращаем внимание на то, что если на предприятии, например, работают два сотрудника, каждый – на полставки, то предприятие подходит под требования (в сумме получается один сотрудник по трудовому договору)», – уточнил Пухм.

Марина Каас указывает также на сложившийся парадокс: поскольку критериями для получения помощи во многих случаях было именно наличие персонала, работающего по трудовому договору, наличие оборота, облагаемого НСО, или определенная минимальная граница уплаченных налогов на рабочую силу, за бортом остались самые маленькие предприятия. В то же время для получения некоторых пособий был установлен слишком низкий потолок оборота предприятия, что оставило без помощи фирмы, демонстрировавшие неплохой рост.

Критерии получения распределявшейся через EAS одноразовой невозвратной помощи малому бизнесу (пособие либо в 3000, либо в 5000 евро, в зависимости от оборота предприятия) критикует и экономист Владимир Вайнгорт. Он считает, что установленные государством условия получения этого вида пособий затрагивают слишком узкий круг предприятий.

Вайнгорт предлагает произвести примерный расчет. В тексте постановления говорится, что на данное пособие могут рассчитывать фирмы с числом работников от 1 до 49 и оборотом меньше 100 тысяч евро за 2019 год. Поскольку медианная брутто-зарплата за прошлый год составляет около 1100 евро, медианная стоимость труда (вместе с социальным налогом) получается равной примерно 1463 евро. Поскольку в целом доля стоимости труда в обороте составляет обычно около 60 процентов, при обороте в 100 тысяч в год она должна была составлять около 5000 евро в месяц. Таким образом, при средней брутто-зарплате в 1100 евро на получение этого пособия имеют право предприятия, где работает не больше трех-четырех сотрудников.

Ни туда ни сюда

«То есть эту помощь получат только эти микроскопические фирмы. Кроме того, реальную помощь получит крупный бизнес – по отдельному списку. И, получается, у нас остался без поддержки практически основной наш бизнес, малый и средний, то есть те предприятия, где работают 10–50 работников и годовой оборот составляет 300–500 тысяч евро. Они не подпадают под критерии помощи ни крупному, ни малому бизнесу, а всякого рода кредитные предложения для них, как правило, никакой роли не играют, – констатирует Вайнгорт. – Таким образом, совершенно неясна судьба достаточно большого количества предприятий, в том числе реального сектора, которые что-то производят (например, мелкую мебель) или предоставляют услуги, не связанные с туризмом (для туристических фирм также предусмотрены отдельные меры)».

По мнению Вайнгорта, круг получателей помощи заметно сужают и другие указанные в постановлении критерии, например, требование о том, что падение оборота предприятия за март 2020 года должно составлять 30 процентов по сравнению с мартом прошлого года на основании соответствующих деклараций. При этом оборот в них отражается не по поступившим фирме денежным суммам, а по выполнению поставок товаров или выполнению услуг. Поэтому показатель падения оборота может составлять и менее 30 процентов при полном отсутствии денег на счетах из-за цепочки неплатежей.

При этом экономист подчеркивает, что именно такой, оставшийся без поддержки средний бизнес, в основном, создает в Эстонии рабочие места (крупные фирмы часто работают за счет привлечения субподрядов). И когда этот небольшой бизнес останется без единственной доступной ему поддержки – компенсаций заработной платы от Кассы по безработице, – он будет вынужден сокращать работников. Рост безработицы обернется снижением покупательной способности населения и, как следствие, падением спроса на товары и услуги таких фирм. Поскольку многие из них ориентированы на внутренний рынок, выжить им будет сложно.

Что касается мер поддержки, распределяемой через фонд KredEx, отдельной проблемой здесь является нежелание банков менять свою традиционную кредитную политику, несмотря на антикризисное поручительство со стороны государства, отмечает Марина Каас. «На основании имеющейся у нас обратной связи от предпринимателей, EVEA придерживается мнения, что распределение ресурсов антикризисной помощи через банки не работает», – сказала она.

Кредит или кабала?

То, что меры поддержки от KredEx критикуют многие предприятия, подтверждает и Торгово-промышленная палата. «Предприниматели считают слишком высокими как процентные ставки по кредитам, так и плату за заключение договора. Кроме того, вызывает беспокойство тот факт, что решение о предоставлении кредита или поручительства занимает слишком много времени. Многие не считают разумным и то, что KredEx требует личного поручительства», – сообщил Марко Удрас. При этом он отметил, что к настоящему моменту KredEx частично учел критику со стороны предпринимателей и смягчил условия получения некоторых видов помощи.

Действительно, в середине июня правительство решило поддержать представленные Министерством экономики и коммуникаций и фондом KredEx предложения по смягчению условий предоставления антикризисной помощи.

Таким образом, предельный размер поручительства по новым кредитам со стороны KredEx вырос с 15 до 30 процентов от выдаваемых банками сумм. Для уже выданных кредитов при добавлении к ним поручительства KredEx предельная ставка по-прежнему будет составлять 15 процентов.

В качестве еще одного недочета при разработке условий получения помощи предприятия и представляющие их права организации неоднократно называли отсутствие системного подхода. Марко Удрас уточнил, что предприниматели недовольны тем фактом, что многие пособия раздавались по принципу: кто раньше успел подать ходатайство, тот и получил поддержку. «Беспокоит и то, что помощи может не хватить тем предприятиям, на которых влияние кризиса отразится позднее», – сказал представитель Торгово-промышленной палаты.

Естественный отбор

При этом экономист Петр Верницкий считает, что государство вообще не должно тратить бюджетные средства на помощь малому бизнесу.

«Если бы у нас была централизованная плановая экономика, тогда эти меры можно было бы назвать недостаточными. Но поскольку у нас либеральная рыночная экономика, которой мы так кичимся, то о каких мерах поддержки мы вообще говорим? Предприниматели обязаны сами анализировать риски и полностью брать их на себя. Почему еще надо из бюджета оказывать им какую-то помощь? К тому же – на какой период времени рассчитаны эти меры? Я сомневаюсь, что в ближайшей перспективе уровень потребления восстановится. Так что это временная поддержка штанов за счет налогоплательщиков», – говорит Верницкий. В условиях рыночной экономики, по его словам, действует принцип выживания сильнейшего: «Должны выжить те, кто более креативный, более гибкий, кто быстрее реагирует на ситуацию. Пусть они и двигаются дальше».

Бег с препятствиями: малому бизнесу не добраться до госпомощи

Карикатура: Eva Sarma
Источник

Поделиться

Станьте первым комментатором

    Добавить комментарий