Виктория Викторовна Неборякина, магистр школьного управления

В предвыборный период мы уже обращали внимание читателя на то, что новый Закон об основной школе и гимназии увеличивает  вероятность исчезновения гимназий с русским языком обучения в более  короткие сроки.

Активисты НКО «Рушкэ» предполагали, что процесс отделения основной школы от гимназии, которые должны стать автономными учебными учреждениями,  облегчает закрытие гимназического образования на русском языке.

Во-первых, тем, что выдвигает квалификационные требования для преподавателей в гимназии. Во-вторых, утверждая условие – несколько направлений в каждой гимназии для углубленного изучения ряда предметов. В-третьих, по закону в гимназии должно быть 60% преподавания на эстонском языке (это означает, что те школы, которые не сумели обеспечить соответствие учебной программы этому требованию просто не получают лицензию). На эту тему убедительно написал В. Канчуков в своем исследовании «Анатомия лжи».

Однако  родители русскоговорящих детей  и наши законодатели не устают нас удивлять.

Первые  своей пассивностью, надеждами на доброго дядю и стремлением переложить ответственность за качество образования  на плечи государства и местных  властей. Так и не запустился процесс  становления школьных попечительских советов, способных выступить единым фронтом за обеспечение права обучение на родном языке.

Попечительские советы так и не освоили новой роли  органа, который имеет свои цели и задачи, согласно наказам родителей и которому директор школы подотчетен. Во многих школах попечительский совет по-прежнему исполняет роль, скорее, родительского комитета, формирует который и работу которого направляет директор. (Если читатель знает примеры другого отношения и взаимодействия, то пусть поделится информацией). Да и на выборах так и не получили серьезной поддержки силы, открыто выступающие против эстонизации русской школы.

Вторые  – законодатели – удивили тем, что «очень верно» истолковали «молчание  ягнят» и сделали еще один шаг  в направлении уничтожения русского образования так скоро и, как  говорится, под шумок. В законопроекте, прошедшем второе чтение, вы найдете теперь еще одно, казалось бы, логически обоснованное условие. Для того чтобы в основной школе был основным, отличный от эстонского, язык обучения, попечительский совет должен обратиться с ходатайством к Городскому Собранию или к Министерству образования и науки. А там уже решат, удовлетворить это прошение или нет.

(Прилагаю  цитату: «§ 12. Õppekeel

(1) Kooli või klassi õppekeeleks loetakse keel, milles toimuv õpe moodustab vähemalt 60 protsenti riiklikus õppekavas määratud väikseimast lubatud õppemahust. Kui õpe ei toimu üheski keeles 60 protsendi ulatuses, loetakse õpe kakskeelseks. Kakskeelse õppe puhul käsitatakse õppekeeltena kahte keelt, milles toimub enamus õppest.

(2) Põhikooli õppekeel on eesti keel. Põhikoolis või selle üksikutes klassides võib munitsipaalkoolides valla- või linnavolikogu otsuse alusel ning riigikoolides haridus- ja teadusministri otsuse alusel olla õppekeel mis tahes keel. Sellise asjakohase ettepaneku valla- või linnavolikogule või haridus- ja teadusministrile teeb kooli hoolekogu.

(3) Gümnaasiumi õppekeel on eesti keel. Munitsipaalgümnaasiumis või selle üksikutes klassides võib õppekeeleks olla ka muu keel. Loa muus keeles toimuvaks õppeks või kakskeelseks õppeks annab Vabariigi Valitsus valla- või linnavolikogu taotluse alusel. Sellise ettepaneku teeb valla- või linnavolikogule kooli arengukavast lähtudes hoolekogu.» Выделено мною.)

Тартуский опыт показал, что прошение подать, конечно, можно. Его подавали неоднократно в Тартуское Городское собрание в котором, центристы и реформисты уже многие годы «рука об руку» и «ворон ворону»Возможно, формат этой картинки не поддерживается браузером. . Но, как известно интересующимся данным вопросом, в Тарту прошение ни разу не нашло поддержки не только большинства депутатов, но и даже русскоязычных депутатов.

Хочется верить, что в Таллине и других городах все будет так, как захотят родители.

Взрослые люди вправе решать и нести ответственность за свои решения. Главное, не проспать момент выбора. Потому что искусные демагоги очень любят произносить «волшебные слова» в таком порядке: Сейчас еще рано об этом говорить! …Что же Вы раньше молчали??

Я не исключаю, что многие захотят обучать своих детей на государственном языке. Таких и сейчас немало. И надо отдать должное, методика раннего и позднего погружения удовлетворяет большинство из выбравших ее, и укоренилась во многих русских школах. Но, может быть, найдутся и другие?

Как в школах будет решаться вопрос, трудно предположить. Просто проголосуют члены попечительского совета, число которых варьируется в зависимости от типа школы от пяти до девяти (§ 72 (3))? Или будет созываться общее собрание? Будут проведены опросы? Как будет учитываться мнение меньшинства? А может, вообще забудут вовремя проинформировать родителей о том, что у них есть выбор?

В заключение проинформирую еще о нескольких новшествах.

Можно приветствовать желание законодателя предоставлять  талантливым учащимся больше поддержки, им присваивается статус учеников, имеющих особые потребности. Правда, для выявления талантов предусматриваются стандартизированные процедуры, которые имеют право проводить только компетентные органы (§ 37 (3)).

В гимназии должно быть организовано преподавание не конфессионального  учения о религии (§ 7 (5))? и государственной защиты (§ 7 (6)), но они не должны быть обязательным для учащихся.

Целая глава – четвертая - посвящена  тому, как обеспечить выполнение обязанности учиться. В § 59 предусмотрены даже штрафы и принудительные работы для родителей, от которых, впрочем, можно освободиться, если родитель согласится с предложенными мерами обеспечения обязанности учиться, предложенными школой или городской властью.

В рамках одной статьи осветить все нововведения не представляется возможным. Надеюсь, что владеющие эстонским языком, читатели ознакомятся с полным текста законопроекта и поделятся своими впечатлениями. Законопроект можно найти на странице ТУТ, выбрав ссылку „Viimane tekst“.